Отдельные положения данной статьи утратили свою актуальность в связи со вступлением в силу с 22 апреля 2016г. Таможенного Кодекса Республики Узбекистан в новой редакции. Более подробная информация отражена в анонсе

Вопросы, связанные с продвижением и защитой собственной продукции, ее репутации и имиджа, а также  противодействия  подделкам и  ценовой  политики недобросовестных конкурентов, являются одними из самых актуальных как для производителей и правообладателей иностранных брендов, так и для национальных предпринимателей,  являющихся официальными либо эксклюзивными импортерами продукции под определенным товарным знаком.

Юридическая возможность запрещения несанкционированного ввоза товаров и продукции на таможенную территорию Республики Узбекистан, является одним из самых эффективных инструментов защиты исключительных прав правообладателя товарного знака и его официальных представителей.

Под несанкционированным ввозом и использованием товарного знака следует понимать, любой ввоз продукции и товаров в коммерческих целях, их хранение, рекламу и предложение к продаже, всеми гражданами и организациями, не имеющими на это разрешения от правообладателя, либо уполномоченных им лиц, действующих на основании доверенности либо лицензионного договора.

Пресечение несанкционированного и незаконного ввоза товаров, осуществляется в большинстве стран, путем внесения товарного знака, которым маркируется продукция, в специально предусмотренный для этих целей «стоп-лист», именуемый, как правило, как «таможенный реестр». Таможенные реестры предусмотрены законодательством стран Евросоюза, США, России, Белоруссии, Казахстана и многих других государств, и доказали свою эффективность.

Однако же мы вынуждены сообщить нашим уважаемым читателям об одном «но», а именно, о том, что, к сожалению, по состоянию на 1 ноября 2015 года законодательство Узбекистана, не предусматривает возможность существования и функционирования мер таможенной защиты путем создания таможенного реестра. Бизнес сообщество и иностранные инвесторы уже несколько лет ожидают принятие парламентом страны таможенного кодекса в новой редакции, в котором, возможно данный правовой институт будет предусмотрен, так как, по крайней мере, он присутствует в проекте таможенного кодекса, обнародованного Государственным таможенным комитетом Узбекистана, однако будет ли соответствующая глава присутствовать в окончательной редакции кодекса является неизвестным, так же как и сроки принятия самого кодекса в новой редакции.

Означает ли вышеуказанное, что защита исключительных прав правообладателей товарных знаков путем таможенных мер является невозможной? К счастью - нет, и в подтверждение того, уже сегодня, таможенные органы Узбекистана осуществляют контроль за ввозом и недопущением таможенного оформления товаров, маркированных более чем двадцатью всемирно известными товарными знаками, зарегистрированных в отношении товаров народного потребления и алкогольной продукции, ввозимых в страну без уведомления и согласия владельца бренда и производителя оригинальной продукции.

В большинстве случаев, когда речь идет об официальных дистрибьюторах или поставщиках, оригинальные товары и продукция ввозятся в страну с согласия владельца товарного знака, однако в тоже самое время, та же самая продукция, и под тем же брендом может возиться и другими компаниями импортерами без уведомления и согласования с правообладателем товарного знака.  Данное явление имеет свое определение как «параллельный импорт».

Здесь следует отметить, что предприниматели и правообладатели товарных знаков зачастую не проводят разницы между понятиями «параллельный импорт», «серый импорт» и «черный импорт».

Тоже самое можно отнести и к смешению в повседневной практике, таких разных по своему содержанию понятий как «контрафакт», «поддельная продукция» и «контрабанда».

Узбекское законодательство не содержит правовых инструментов, позволяющих дать правовую оценку неоригинальности товаров и возможности отнесения товаров к категории «контрафактных». Это обусловлено тем, что единственное нормативно-правовое определение «контрафакта» приводится в ст. 62 Закона РУз. «Об авторских и смежных правах» и может быть применено исключительно к авторским произведениям, используемым и воспроизводимым в нарушение авторских и смежных прав. Иных критериев и определений, позволяющих дать оценку продукции в качестве контрафактной, законодательством не предусмотрено, что, безусловно, является большим препятствием в деле прогнозирования правовых рисков, осуществления действий направленных на недопущение нарушений либо защиты права, а также взаимодействия с государственными органами.

Учитывая правовую неопределенность термина «контрафакт», на практике, в Узбекистане под контрафактными товарами, понимают, неоригинальную или как ее еще именуют, поддельную продукцию, маркированную товарными знаками определенного, и как правило, известного правообладателя.

Присутствие на товарном рынке контрафактных товаров имеет неблагоприятные последствия не только для правообладателей и добросовестных производителей, но и для потребителей данных товаров и услуг, и общества в целом. Контрафактная продукция наносит существенный репутационный урон правообладателям и их официальным представителям, приводит к снижению качества продукции и невозможности ее гарантийного обслуживания и замены. Применительно к продукции фармацевтической и пищевой и иных смежных отраслей, это потенциальный риск, причинения вреда жизни и здоровью потребителей, их отношения к бренду, отсутствие обратной связи и гарантийных обязательств со стороны недобросовестного производителя.

Говоря об экономическом ущербе, это не только большой процент снижения уровня продаж у официальных импортеров и дистрибьюторов, но и снижение индекса инвестиционной привлекательности страны в целом, и финансовых вложений в становление внутреннего производства, поскольку, неконтролируемый правообладателем ввоз идентичной продукции, не может не сказаться на стоимости производимых в стране оригинальных товаров.

Какие же превентивные меры и инструменты защиты прав на товарные знаки и патенты доступны национальным и иностранным правообладателям? Отвечая на этот главный вопрос, прежде всего, следует отметить, что национальное законодательство в области охраны объектов промышленной собственности (товарные знаки и патенты) основывается на национальном принципе исчерпания прав, и действующее таможенное законодательство предоставляет таможенным органам ограничить ввоз и вывоз товаров способных повлечь нарушение прав на интеллектуальную собственность. Основная проблема в том, что ни Таможенный кодекс ни иные акты законодательства не содержат положений о механизме реализации данного права со стороны таможенных органов.

Ввиду отсутствия детального регламента взаимодействия правообладателя с таможенной службой, и самих таможенных органов с недобросовестными импортерами, единственной возможностью, возложения на таможенные органы обязанности контроля за таможенным оформлением продукции, маркированной определенными товарными знаками, является, инициирование судебного дела о прекращении нарушений на товарный знак со стороны нарушителя  и возложение судом на таможенные органы обязанности по контролю, за таможенным оформлением товаров маркированных товарными знаками правообладателя.

По результатам анализа судебной практики Высшим Хозяйственным Судом, начиная с 2011г., по настоящий момент (1 ноября 2015г.) все судебные прецеденты по данной категории дел, имеют положительные решения в пользу правообладателей и все они были рассмотрены с участием юристов и патентных поверенных «Legalmax».

Принимая во внимание важность и актуальность данного вопроса для бизнес сообщества, а также наличие первых самостоятельных обращений отдельных компаний в суды с заявлениями на предмет получения мер таможенной защиты, считаем возможным и необходимым предоставления с нашей стороны ряда рекомендаций по надлежащему оформлению данной категории исков, поскольку от их правильной подачи, определения субъектного состава  и формирования исковых требований, зависит в конечном итоге правильное становление судебной практики, а следовательно и гарантий защиты прав правообладателей.

Говоря о субъектном составе и статусе сторон, прежде всего, необходимо отметить, что в рамках данных дел, таможенные органы не могут выступать в качестве ответчика, поскольку, по общему правилу, ответчиком может являться лицо, нарушившее либо потенциально способное нарушить охраняемые законом права истца. Однако, ввиду того, что институт таможенного реестра в стране законодательно отсутствует, на сегодняшний день, таможенный орган не обязан по собственной инициативе (т. е. ex officio) осуществлять контроль за ввозом продукции, нарушающей права того или иного правообладателя, что  соответственно полностью исключает его вину и последующую ответственность в случае, если со стороны отдельных нарушителей, на таможенную территорию страны будет ввезен груз, нарушающий права на интеллектуальную собственность правообладателя.

По нашему мнению, представляется более правильным, привлечение таможенных органов к участию в судебном процессе в качестве третьей стороны, не заявляющей самостоятельных требований, на которую в свою очередь, суд вправе возложить обязанности по контролю за таможенным оформлением товаров, способных нарушить права на интеллектуальную собственность правообладателя-истца, в порядке ст.9 Таможенного Кодекса РУз.

Кроме того, как известно, статус ответчика, влечет за собой обязанность таможенного органа к принятию процессуальных мер по оспариванию, вынесенных против него судебных решений, что в условиях возможной «неравной весовой категории» участников судебного процесса, создает совершенно не обоснованные, но при этом значительные трудности и риски для правообладателя.

Как показывают положительные результаты ранее рассмотренных с нашим участием судебных дел, в качестве ответчика должна выступать компания — импортер, которая непосредственно является заказчиком, либо грузополучателем продукции маркированной обозначениями нарушающей права правообладателя. Целесообразность выбора импортера в качестве ответчика обусловлена также тем, что в случае, вынесения судом решения с возложением запрета на экспортера, т. е. компанию расположенной за рубежом, и являющуюся отправителем груза, исполнение данного решение будет в большинстве случаев очень затруднено, а в некоторых случаях практически невозможно.

Кроме того, компании нарушители заинтересованные в ввозе в страну продукции посредством «параллельного» либо «серого» импорта, зачастую меняют компании экспортеров в зависимости от различных факторов, что позволит им с легкостью уклониться от исполнения судебного решения, просто путем изменения каналов поставки либо смены компании поставщика, что конечно же сведет к бесполезности ранее вынесенных судебных актов в отношении отдельного экспортера.

Конечно же, вышеуказанные рекомендации и представленный анализ не являются исчерпывающими и применимыми ко всем без исключения случаям, однако только глубокое понимание потребностей правообладателей и их добросовестных дистрибьюторов,  позволяет сделать выводы, что конечной задачей инициирования судебных процессов на предмет обеспечения таможенной охраны является, не сколько обеспечение  запрета  на экспорт продукции со стороны отдельной зарубежной компании экспортера, сколько возложения на таможенные органы обязанности за таможенным оформлением, т. е. импортом продукции со стороны всех потенциальных импортеров,- третьих лиц, не ограничиваясь контролем действий конкретного нарушителя, который в свою очередь также может осуществлять ввоз посредством различных компаний получателей и заказчиков груза.

Махмудов Мухаммадали

Адвокат, Патентный поверенный

LEGALMAX LAW FIRM 

 

Казахстан

  • Алматы, A15E3B3 пр. Аль-Фараби, д. 7, уг. ул. Кoзыбаева, Бизнес-центр "Нурлы Тау", блок 5А, 16 этаж, офис 230
  • +7 705 139 42 42
  • +7 727 329 12 49
  • +7 727 311 54 87
  • info@legalmaxlaw.com

footer